“Грязный Король” — Луг с Веревочного Переулка

(если читать неудобно, читать по ссылке)

Происхождение и ранние годы

Сирота Луг родом из Веревочного Переулка — самого отвратительного уголка Атемрийской Столицы, где нищета и преступность не просто формируют характер, а уничтожают его. В этих трущобах, где канализационные стоки текут по мощеным улицам, а запах гниющих отходов въедается в легкие, слабые попросту не выживают. И мальчик тоже не был исключением, но отличался от прочих детей амбициозностью и желанием вырваться из “грязи” в мир, где его бы боялись и уважали.

Выросший среди воровских шаек и уличных разборок, мальчик с девяти лет ввязывался в драки, где закалил свою репутацию настоящего бойца. Его первая победа произошла против мальчика, на два года его старшего, который получил перелом челюсти в переулке позади трактира «Ржавый Тигель». Ни разу не проиграв, Луг быстро заслужил страх среди сверстников, став их мучителем и Королём своего “Грязного королевства”. Когда другие мальчишки прятались от голода, он охотился на бездомных животных, практикуя жестокость как искусство, оттачивая технику каждого удара.

Восхождение к преступной славе

 Чтобы выжить в этом страшном месте, Луг рано освоил ремесло наемного убийцы, беря всего семь серебряных монет — скромную цену за безупречное исполнение. Его клиентами были мелкие торговцы, желавшие избавиться от конкурентов, работорговцы, расправлявшиеся с беглецами, и члены воровских шаек, желающие решить конфликты тихо и эффективно. 

За год его цена поднялась в три раза — репутация работала лучше любой рекламы. Луг возглавил мелкие банды головорезов численностью от пяти до десяти человек в зависимости от задачи, которые с особой остервенелостью терроризировали окрестности столицы. Его методы были изощренными и эффективными: его люди вымогали дань у торговцев под угрозой поджога их лавок, резали глотки как и обычным людям, так и соперникам, оставляя изуродованные тела в сточных канавах как четкое и ясное предупреждение для остальных. Однажды, чтобы припугнуть непокорного торговца, Луг с его бандой сжег его дом вместе с семьей, включая жену и троих детей — поговаривают что именно это деяние сделало его Легендой Веревочного Переулка.

Мастерство убийства

Мастерство Луга с ножами и кинжалами стало легендой среди бандитов и преступников столицы. Он был быстр — настолько быстр, что жертва часто не понимала, что ранена, пока не видела кровь. Его техника была точна до миллиметра: он мог зарезать человека в толпе базара, не проронив ни капли крови на свою одежду. Поговаривали, что однажды он убил пятерых стражников во дворе постоялого двора, не издав ни звука, кроме тихого лязга вытягиваемых из ножен кинжалов. Его почерк — быстрый, глубокий разрез горла, часто с предварительным ударом в живот или плевком в лицо — стал достаточно узнаваем, чтобы испугать должников и потенциальных конкурентов, что жаждали пожать его репутацию и славу или просто свести счеты...

На волоске от Петли

Однако вскоре его деятельность привлекла внимание Особого Отряда Королевской Стражи, которым поручили избавиться от прохвоста и положить конец его правлению в Веревочном Переулке. Вскоре он был схвачен в собственной крысиной норе, где как говорят напился в стельку и рухнул лицом в грязь, не в силах даже достать свои кинжалы.  Суд был кратким и беспристрастным. Судья, старый граф с седой бородой и холодным взглядом, слушал показания свидетелей — членов семей убитых, вдов, разоренных торговцев. Доказательства были неоспоримы: Луг с Веревочного Переулка признан виновным в четырнадцати убийствах, множественных грабежах, поджогах и вымогательстве. Приговор звучал как гром: Смертная казнь через Повешение. 

В подземельях королевской тюрьмы, где его содержали в цепях, Убийца оставался невозмутим. Ночь перед казнью тюремный священник пришел давать последнее причастие, но Луг послал его прочь грубостью. Однако когда приблизилось утро казни, когда палачи пришли, чтобы вывести его на виселицу перед собравшейся толпой, Луг затребовал Последнее Желание Осужденного. Это было необычно, почти невиданно, но его спокойствие и странное достоинство, с которым он держал себя, заинтересовали толпу и заносящих мечи. Луг, с кандалами на запястьях и ногах, обратился к Судье с необычной просьбой: он попросил быть повешенным не в столице, а на "Родной Земле" — земле его детства, где он родился и вырос, где, по его словам, земля всё ещё помнит его кровь.

Судья был готов отказать, однако Осужденный начал рассказывать свою историю — историю, которая звучала так убедительно, так полна деталей и эмоций, что даже закаленный приговорами судья, привыкший ко лжи, начал слушать. Луг поведал, что он сын углежога и мыльщицы, что родился в небольшом селении вблизи города Керанхольда во владении графа Дарла. Он описал дом своего отца на краю лесного массива, деревянный дом с соломенной крышей, где дымился очаг, где мать варила щелок из золы.  История была трагична, проста и, самое главное, правдоподобна. В ней была боль, которая казалась подлинной. Судья, тронутый его рассказом, посчитал это справедливой просьбой. В конце концов, что может быть более справедливым, чем позволить убийце встретить смерть там, где он потерял свою человечность? С рассветом Луга, связанного и помещённого в повозку, повезли в небольшом караване, состоящем из двух стражников и палача по имени Корг — огромного молчаливого человека со следами оспы на лице. Путь занял четыре дня через леса и холмы земель, которые были ему совершенно неизвестны.  

Во время пути Луг заметил, что дорога, ведущая в Керанхольд, была окружена туманом, который не был подобен обычному туману утра. Пелена, как называли это явление в окрестных деревнях, висела вокруг крепости серой и плотной стеной, словно живая субстанция. Стражники делали знаки, чтобы защититься от зла, когда они проходили мимо, шепча молитвы и взывая к тем оберегам, что взяли из дома.  Обычный преступник испугался бы, но Луг видел в этом возможность. Пелена означала хаос, а хаос — это среда, где выживают люди вроде него. Если они пройдут мимо Равенвуда днём, как планировалось, то Пелена, возможно, останется в стороне. Но если что-то произойдет, если они задержатся...

На пятый день пути, когда они уже приближались к окрестностям Равенвуда, произошло именно то, на что Луг не совсем рассчитывал, но чего выжидал. Обозы впереди, который прошел по тракту раньше них днем ранее, был уничтожен. Караван остановился, слыша крики с дороги впереди. Один из стражников, по имени Хардо, поехал разведать, что происходит. Он не вернулся. Второй стражник, опытный ветеран с шрамом через половину лица, постепенно понял, что они в опасности. Может быть, разбойники, может быть, что-то похуже. Он приказал палачу Коргу не отпускать Пленника из виду и начал подготавливаться к возможному столкновению.
Тогда из туманов, что начали ползти по дороге, появились они...

Нападение Крыситов

Крыситы выходили из Пелены, как призраки, материализуюсь из серого тумана. Их было семеро — гуманоидные существа, по росту примерно с человека, но с мордами крыс, вытянутыми и полными острых зубов. Их шкуры были серо-коричневыми, усеяны ранами и гниющей плотью. Вид их был столь чудовищен, что даже опытный ветеран на миг окаменел. Но он быстро пришел в себя и выхватил меч. Палач встал перед Лугом, его громадное тело закрывая узника.

Первое нападение было стремительным. Три Крысита бросились на ветерана, издавая пронзительные крики. Его меч нашел одного из них — клинок вошел глубоко в его грудь, и существо упало.. Но двое других обогнали его, когда он отвлекся, вскочив на его спину и кусая за горло. Ветеран упал, издав последний боевой клич.

Палач бросился в бой, размахивая топором, который обычно использовал для казни. Его первый удар разрубил одного Крысита пополам, но четыре оставшихся окружили его, быстро и методично. Корг был силен, но против четырёх таких существ он был беспомощен. И тогда мужчина понял: пора действовать…

Побег от Стражи

Связанный по рукам, но с все еще свободными ногами, Луг не стал смотреть дальше. Он знал, что у него есть только мгновение — то мгновение, когда Крыситы были заняты убийством Корга, того мгновения, которое он ждал и планировал уже четыре дня. Связь вокруг его запястий была крепкой, но он давно заметил, что правый узел был завязан менее тщательно, чем левый. Четыре дня трения о кожу и движения помогли ослабить его.

Луг рывком высвободил правую руку, разорвав кожу и оставив ленты крови, но почувствовав свободу. Левая рука осталась связанной, но это было достаточно. Он не бежал на дорогу — Крыситы были между ним и безопасностью. Вместо этого он бежал в лес, в ту сторону, где деревья становились гуще, где туман не мог так легко добраться до него. Позади него раздавались писклявые крики, звуки охоты. Крыситы заметили его бегство. Двое из них оставили палача и устремились в его след, издавая звуки, которые казались смесью визга и рычания.

Луг бежал, как бежал в детстве по переулкам Блошиного Конца, когда убегал от сильных мальчиков и городской стражи. Его легкие горели, левая рука, все еще связанная, мешала балансу, но инстинкт выживания толкал его вперед. Он прыгал через упавшие деревья, пробивался сквозь колючие кусты, чувствуя, как кровь текла по его лицу и телу.

Один из Крысит был ближе, его дыхание уже слышно позади. Луг не замедлился. Вместо этого он совершил резкий поворот, прячась за стволом огромного дуба. Когда Крысит пронесся мимо, не сумев свернуть в такой спешке, Луг выпрыгнул, используя все свое мастерство убийцы. Даже с одной связанной рукой его пальцы нашли горло существа, его нож, который он смог спрятать в сапоге, острый, как бритва, совершил рассекающее движение. Черная кровь хлынула, и Крысит упал, захлебываясь в собственной же крови.

Второй был умнее. Он не бежал прямо за Луг, а пытался предугадать его движение. Они встретились в тени деревьев, и тогда началась настоящая схватка. Убийца использовал свой нож, Крысит — когти и зубы. Несколько раз острые когти прошли по телу Луга, оставляя глубокие раны, но его ножевые удары были точнее, быстрее. В конце концов, Луг обнаружил слабое место — область под третьим и четвертым ребром, где сердце бьется под тонкой мутировавшей плотью. Его нож погрузился туда, и Крысит упал, больше не двигаясь.

Приговоренный стоял среди трупов, тяжело дыша, и весь в крови. Его рука все еще была связана, но его правая была свободна и вооружена. Он направился в сторону, и за несколько часов блужданий смог выйти в сторону одноименной Крепости, что стояла среди Пелены.

Врата Равенвуда

Когда туман начал расступаться, Луг оказался у подножия древней крепости Равенвуд. Врата, огромные и потемневшие от времени, стояли перед ним, словно древний проход в иной мир. Мужчина был истощен, ранен, связан за одну руку. Но когда он смотрел на врата Равенвуда, то понимал одно: его прошлая жизнь кончилась. Судья, Стражники, виселица в селении близ Керанхольда — все это теперь казалось далеким сном. 

Луг снял веревку с левого запястья и вытер кровь с лица
свободной рукой, посмотрел на врата крепости и шагнул вперед.
Внутри, в полутьме, из которой пробивались отсветы
непонятного происхождения, продолжилась его история….